→ Как будет выглядеть башня газпрома в лахте. Как строится лахта-центр в питере. Лахта центр когда открытие: грандиозное строительство общественно-делового центра

Как будет выглядеть башня газпрома в лахте. Как строится лахта-центр в питере. Лахта центр когда открытие: грандиозное строительство общественно-делового центра

Архитектор Филипп Никандров рассказывает, как газпромовский «Охта центр» в Санкт-Петербурге превратился в «Лахта центр», и объясняет, почему архитектор должен быть главнее девелоперов и чиновников

Главный архитектор «Горпроекта» Филипп Никандров /Евгений Егоров / Ведомости

Филипп Никандров спроектировал для Санкт-Петербурга и Москвы высотки, которые имеют все шансы стать новыми городскими символами, – башни «Лахта центра» на берегу Финского залива и «Эволюция» в «Москва-сити». Архитектор 15 лет проработал в международном бюро RMJM, в офисах Великобритании и на Ближнем Востоке, откуда вернулся в Россию в 2004 г. Высотки он начал проектировать в 2000-х, работая в Дубае. На родине возглавил проектирование двух небоскребов по своим концепциям, победившим в международных архитектурных конкурсах, – башни «Эволюция» в «Москва-сити» в 2005 г. и комплекса «Газпрома» в Санкт-Петербурге в 2006 г.

Башня «Лахта центра» в Петербурге, куда переедут структуры «Газпрома», будет введена в эксплуатацию осенью 2018 г. Она станет самым высоким зданием в Европе (462 м).

– Строительство «Лахта центра» завершается. Но в свое время решение строить в Санкт-Петербурге башню для «Газпрома» вызвало скандал. Расскажите про историю проекта и почему произошел переезд с Охты в Лахту?

– Эта история началась на участке около 5 га в том месте, где Охта впадает в Неву. На месте снесенного в 2008 г. Петрозавода когда-то была Охтинская верфь, в XVI–XVII вв. тут находилась шведская крепость Ниеншанц, а до этого, еще в XIII в., – шведская крепость Ландскрона. По сути, история Петербурга с того и началась, что в 1703 г. Петр I взял Ниеншанц осадой, а три недели спустя основал новый город ниже по течению Невы, начав строить крепость на Заячьем острове. Старая земляная фортификация Ниеншанца была впоследствии разрушена. Когда в 2006 г. «Газпром » объявил закрытый международный конкурс на строительство штаб-квартиры на этом участке, я сотрудничал с британской компанией RMJM, попавшей в шорт-лист, составленный из сплошных притцкеровских лауреатов. Мы сумели представить интересную концепцию, которая понравилась заказчикам и большинству членов жюри, одновременно победив в открытом интернет-голосовании и голосовании на выставке конкурсных проектов.

Концепция не только воплощала исторический генетический код участка в своих формах – мы предложили музеефикацию Ниеншанца и Ландскроны трассировкой ее абрисов в мощении и в многочисленных атриумных пространствах комплекса, предусматривавшего также археологический музей для артефактов, найденных в ходе проведенных на деньги «Газпрома» раскопок. Правда, археологи, получив свое вознаграждение, объявили всю площадку «петербургской Троей» и потребовали запрета на строительство, не имея при этом никаких научных планов по консервации участка или воссозданию земляной крепости, кроме, естественно, чистого новодела – построить срытую в XVII в. фортификацию с нуля заново, а потом объявить это памятником. Пройдя согласование Главгосэкспертизы в 2010 г., проект был закрыт, а власти Петербурга тут же объявили весь участок памятником и запретили на нем какое-либо строительство.

Но проект на Охте закрыли главным образом даже не в связи с протестами ЮНЕСКО по поводу самого факта высотного строительства в так называемой буферной зоне вблизи исторического центра, а из-за выявившейся нелегитимности городского высотного регламента, когда обнаружились грубые нарушения при его принятии как части ПЗЗ [правил землепользования и застройки] Санкт-Петербурга. В 2010 г. Верховный суд его отменил. Тогда было фактически приостановлено около 120 проектов, находившихся на территориях промышленного пояса вокруг исторического центра, которые ЮНЕСКО считала буферной зоной (такого статуса в определении границ исторического центра Петербурга как памятника всемирного наследия до сих пор нет). Но развивалась вся эта история на фоне формирующегося предвыборного политического протеста, в котором строительство башни для оппозиционных движений в Санкт-Петербурге символизировало некий акт насилия власти над культурой и историей, отсюда проистекали разного рода сравнения башен с фаллическими образами и плач части интеллигенции по поводу «дефлорации культурного пространства города» (придумали же такое!). Построенную в 1960-е гг. 300-метровую телебашню на фоне шпиля Петропавловки и три десятка дымящих промышленных труб, превышающих отметку верха купола Исаакия, никто как будто бы и не замечал. То есть все это было не столько про архитектуру, сколько про политику, от этого знакового проекта слишком сильно «пахло властью».

Филипп Никандров

Главный архитектор «Горпроекта»

Родился в 1968 г. в Ленинграде. Окончил архитектурный факультет Ленинградского инженерно-строительного института. В 1994 г. вступил в Союз архитекторов России

Работает в «Ленгипрогоре»: Мастерская № 3, участие в проектах для Северодвинска

Перешел в Персональную творческую архитектурную мастерскую (ПТАМ) Ю. К. Митюрева

Стал главным архитектором в офисах Великобритании, Ближнего Востока и России международной архитектурной компании RMJM Scotland Ltd. (с 2011 г. – директор и соруководитель европейской студии RMJM). В 1999 г. получил профессиональную лицензию на осуществление самостоятельной архитектурной деятельности

Назначен главным архитектором ЗАО «Горпроект»

Изначально идею не принимали в штыки, в 2006 г. был проведен архитектурный конкурс, была открытая выставка всех концепций, была полемика, но уже в 2007 г. потекли серьезные деньги в протестную кампанию по дискредитации проекта на Охте. Кто финансировал это, я точно не знаю, но речь шла о переезде из столицы крупнейшего налогоплательщика страны, сумма налоговых отчислений которого была сопоставима с совокупным годовым бюджетом Петербурга, и слишком много влиятельных сил было заинтересовано если не остановить, то как минимум замедлить этот переезд из одного региона в другой.

– Вы сами не воспринимали тот проект как угрозу историческому облику Петербурга?

– Нет. Меня бы это, безусловно, смущало, если бы это строилось, скажем, напротив Дворцовой площади или Петропавловской крепости по аналогу 300-метровой лондонской башне The Shard, стоящей через Темзу прямо напротив Тауэра, памятника всемирного наследия ЮНЕСКО. Наш же участок был далеко за пределами исторических городских ансамблей. Мы тогда построили 3D-модель города, провели свой ландшафтно-визуальный анализ, просмотрев все точки, с каких улиц башню будет видно, и нашли всего 5–6 улиц, на оси которых сидела новая доминанта, и все эти улицы были за пределами так называемого золотого треугольника. Пять километров от Дворцовой площади – это вполне приличное расстояние.

Но «Газпром» в итоге принял стратегически правильное решение – перенести стройку со спорной территории и подальше от исторического центра. С 2011 г. проект развивается в Лахте, на берегу Финского залива, на участке намывной территории, в 5 км от границы исторического центра. RMJM не смогла пережить международный экономический кризис и дальше концепции работа с ней не пошла. Так что вместе с проектом «Лахта центра» я перешел работать главным архитектором в «Горпроект», выигравший в 2011 г. тендер на генеральное проектирование объекта. С тех пор проект был полностью и неоднократно переработан, от прежней концепции осталась только идея силуэта башни-шпиля, символизирующей пламя, что несет людям «Газпром». Но теперь это 462 м, это будет на многие годы вперед самый высокий небоскреб не только России, но и Европы.

Сейчас «Лахта центр» как новый общественно-деловой кластер – это флагман агломерации практически в центре кольца лагуны Финского залива, опоясанного кольцевой автомагистралью, в орбите которой Большой Санкт-Петербург и будет развиваться в XXI в. И башня на берегу залива как новая общегородская доминанта формирует морской фасад города прямо напротив нового пассажирского порта, принимающего в летний туристический сезон по 5–7 круизных лайнеров одновременно, а это больше туристов, чем ежедневно прибывает через аэропорт «Пулково».

– А что было раньше на этом месте?

– Была пескобаза – хранили песок для строек.

– То есть башня стоит на песке?

– Нет, она стоит на 264 сваях диаметром 2 м до 82 м глубиной, они проходят первые 30 м слабых грунтов и упираются в твердые глины. Фундаментную плиту непрерывно заливали более двух суток (рекорд Книги Гиннесса).

Площадь участка первой фазы – 8 га, там будут большие благоустроенные пространства: три общественные площади, открытый амфитеатр со сценой на фоне залива, музей занимательной науки с планетарием, концертный зал. Башню завершает не кабинет руководителя компании, а доступная обзорная площадка, безусловный центр притяжения для туристов. Объект также сертифицируется на золотой стандарт LEED, что делает его в национальном масштабе флагманом в части энергосбережения и бережного отношения к окружающей среде, все-таки это штаб-квартира крупнейшей энергетической компании, развивающейся в ногу с прогрессом.

– Какое соотношение площадей, которые займет «Газпром», и общественных зон?

– Под офисные функции отведено менее 45% всех площадей, остальные относятся к общественным пространствам и функциям, включая рекреацию. У «Газпрома» рядом есть еще одна площадка в 7 га, там построят вторую фазу, где будет больше офисных площадей.

– Платит за все «Газпром»?

– Инвестор первой фазы – «Газпром нефть », эта компания изначально была застройщиком и девелопером проекта через свою дочернюю структуру. Но в итоге поселятся в комплексе все основные бренды группы компаний «Газпром». Сейчас они в Петербурге занимают сопоставимые площади в разных бизнес-центрах, платят за аренду. В долгосрочной перспективе собственное здание – это однозначная экономия для них.

– Вы предполагаете, что «Лахту» ждет судьба не Монпарнасской, а Эйфелевой башни? (210-метровая башня «Монпарнас», единственный небоскреб в историческом центре Парижа, стала объектом критики. Через два года после ее постройки возводить высотные здания на этой территории было запрещено.)

– Я очень на это надеюсь, а рассудит история. Впрочем, любой архитектор убежден в своей правоте. Хотя, думаю, создатель башни «Монпарнас» тоже ею гордился. Мы – архитекторы, дизайнеры – живем и работаем в сложное время в контексте идеологии всеобщего консюмеризма, что вынуждает многих из наших коллег умерщвлять свои же постройки, идя по пути сиюминутной архитектурной моды, постоянно изобретая новые стили и девальвируя тем самым ценность предыдущих. Это делает жизнь инвесторов сложной, особенно если речь о высотном здании. Срок строительства с высотой увеличивается прямо пропорционально. И может так оказаться, что, проинвестировав ультрамодную на момент начала проекта концепцию, вы получите морально устаревший к моменту завершения стройки объект. Именно поэтому в России строится так много псевдоклассических зданий (что считается дурным вкусом в Европе) – таким образом заказчики пытаются спасти инвестиции и обмануть время. Но обманывают только самих себя, все эти «псевдо» и «квази» никогда не станут классикой, а навсегда останутся в категории жалких пародий. Стилистика фасадов и форм «Лахта центра» вне времени, она не привязана ни к какой архитектурной моде.

– Башня железобетонная?

– Железобетонное ядро в центре и обетоненные стальные колонны по периферии, между ними стальные балки и железобетонные перекрытия по стальному профнастилу – это наиболее популярный сейчас тип конструктива для меганебоскребов, его называют композитным. К 2020 г., когда башня будет полностью заселена, она уже не попадет в список 20 самых высоких башен мира. Но мы живем в контексте Европы, и задач ставить высотные рекорды не было. Задача изначально была найти гармонию с местом в градостроительном контексте Петербурга.

– Как ее строили?

– Многие используемые передовые строительные технологии уже были отработаны ранее на других объектах, но в более скромных масштабах. Уникальны, например, фасады: это самый большой в мире холодногнутый фасад (после башни «Эволюция»): стекло изогнуто и строго следует спиралеобразной геометрии формы, как бы течет непрерывно. Кроме того, тут применен интеллектуальный вентилируемый фасад: летом он будет препятствовать нагреву помещений при открытых вентклапанах, а зимой – накапливать солнечную энергию за счет парникового эффекта, уменьшая энергозатраты на отопление при закрытых вентклапанах. Уникальна и система обслуживания фасадов: по форме здания проложены специальные рельсы, по которым будут перемещаться балки с люлькой для мойки или замены стеклопакетов. В эти же рельсы интегрирована и архитектурная подсветка, и антиобледенительные системы. Меры по борьбе с обледенением здесь крайне важны – никто не строил такие высокие здания на такой северной широте и в таком влажном климате. Специальные датчики будут следить за тем, когда надо будет включать локальный обогрев в местах, где могут появиться сосульки в холодное время года.

Городу, безусловно, нужны такие объекты, они позиционируют его гораздо дальше его привычной ниши города-музея или Северной Венеции. Петербург – как и Венеция – плоский город. Но высота рядовой застройки вне пределов исторического центра выросла в несколько раз, а высота доминант – нет, сейчас средняя высота исторических архитектурных доминант в центре – 50–60 м, как средний жилой дом на окраине. И этот новый масштаб диктует и масштаб новых высотных доминант. Но до последнего времени такие доминанты в городе не строились.

Фотогалерея

Оказалась самой высокой

Небоскребы и высотное строительство в целом – тенденция, связанная с ростом плотности наших городов и мегаполисов, как, впрочем, все явления нашей жизни. Тенденция позитивная, если в градостроительном планировании, а также проектировании и строительстве небоскребов заняты профессионалы, и пугающее явление, если этим занимаются дилетанты, а такое тоже бывает.

– Вы полагаете, что увеличение плотности застройки – это прогрессивно?

– Увеличение плотности застройки – это прогрессивно и неизбежно. Прогрессивно, так как в целом на планете при увеличении плотности проживание становится все более компактным и, таким образом, сохраняются или освобождаются от застройки значительные территории, остающиеся на балансе природных экосистем. Неизбежно, поскольку с ростом населения планеты усиливается всеобщая тенденция экономии ресурсов, включая энергию и все виды инфраструктуры.

– Сейчас много говорят о том, что надо возводить города-сады, но строить продолжают города-муравейники. Что должно произойти с обществом, чтобы возобладали прогрессивные урбанистические тенденции?

– В двух словах не ответить. Россия сейчас находится в плену одновременно нескольких трендов – еще преобладает индустриальное общество, но в мегаполисах, где традиционное производство заменяется инновационной и сервисной экономикой, уже видны элементы постиндустриального общественного уклада. Например, «Сколково» можно рассматривать как прототип или, скорее, шоурум такого города-сада. Хотя оно создается в некоторой изоляции от настоящей экономики страны и имеет признаки потемкинских деревень, но такова судьба многих пилотных проектов.

В России все еще превалирует массовое жилищное строительство эпохи индустриализации, начатое с хрущевских времен. До сих пор миллионы взрослых детей живут с родителями, миллионы разведенных супругов продолжают делить жилплощадь, не говоря уже о миллионах людей, обитающих в коммуналках и ветхих домах. Новостройки по-прежнему конкурируют за кошельки покупателей с теми же хрущевками и брежневками: такой убогий конкурентный фон не сулит нам особого качества строящихся домов эконом-класса и улучшения градостроительной среды. В западных странах, наоборот, имеет место перепроизводство жилья, поэтому нет такого размаха массового жилищного строительства, строят там намного меньше, значит, и конкуренция гораздо выше и лучше качество. Это касается и социального жилья, которое тоже строят, но по государственным заказам и не так массово, как у нас, что позволяет использовать индивидуальные проекты для каждого конкретного участка и даже привлекать к этим проектам известных архитекторов.

Только серьезная конкуренция в сфере жилищного строительства способна возродить институт настоящих архитектурных конкурсов и вернуть качество архитектуры в новое строительство. А что касается уже построенных «муравейников», то, к сожалению, нам с этим жить, и очень долго.

Но надо понимать, что прогрессивные урбанистические тенденции не сулят уменьшения плотности застройки в наших городах, она будет продолжать расти с ростом темпов урбанизации. Которая будет продолжаться как минимум до середины этого века, когда в городах, согласно прогнозам, будет жить 70% населения планеты. Но это могут быть уже совсем другие города.

– Полицентрическое или моноцентрическое развитие, агломерация или конурбация – какой путь должны выбрать Москва и Петербург?

– Генпланы и ПЗЗ обоих мегаполисов, равно как и все российское градостроительство как наука, базируются до сих пор на основополагающих принципах градостроительства индустриального общества со времен промышленных революций XIX в. Это значит: в удалении от даунтауна строились промзоны, а рядом располагались спальные жилые кварталы, отдельно строились стадионы, парки для отдыха горожан и т. д. Однако, если мы избавимся от подобного функционального районирования и зонирования городов по старым схемам центрического развития и будем строить жизнь постиндустриального общества, создавая смешанную застройку, в которой жилье, ритейл, офисы, школы, университеты, объекты культуры и спорта будут гармонично сосуществовать вдоль благоустроенных и озелененных улиц и скверов, то дальнейший рост плотности городов за счет увеличения этажности застройки сможет осуществляться, не разрушая такую гармонию, а, наоборот, уменьшая потребность в суточной миграции. То, что сейчас большинство населения живет в одном районе, работает – в другом, а ездит за покупками или отдыхать – в третий, только порождает транспортный коллапс. Ответ на этот вызов – полицентрическое развитие наших городов.

– Уже стало общим местом, что девелоперы ругают архитекторов за «излишние красивости», а архитекторы девелоперов – за упрощение проектов в ущерб в итоге качеству. Можно ли этим сторонам договориться? И как?

– Это вечный спор и борьба за долю в бюджете. Девелопер будет стремиться если не урезать, то предельно оптимизировать бюджет, выделяемый на архитектурную выразительность, качество деталей и благоустройство. А архитектор, напротив, будет (и обязан по определению) бороться за увеличение бюджета на эстетику и качество. Но договориться можно. Если, например, принять принцип минимализма в том высоком понимании, в каком его сформулировал [немецкий архитектор Людвиг] Мис ван дер Роэ: «Меньше – значит больше». Вот только отмерять «больше-меньше» тут должен вовсе не девелопер, не чиновник, а архитектор.

– Вы согласны, что для архитектора сделать хороший проект дешевого, но качественного дома – это профессиональный вызов? У вас есть такие проекты?

– Абсолютно согласен, это, в принципе, и есть высший экзамен. Конечно, для любого зодчего большое везение – получить неограниченный бюджет на реализацию его архитектурных грез и фантазий, но, на мой взгляд, построить красиво в маленьком бюджете гораздо более почетная заслуга и более высокая миссия, достойная аплодисментов.

Недавно у нас появился такой заказ – проект типового жилого дома для предоставления в аренду. Итогом должна стать концепция арендного дома, которым будет централизованно владеть и управлять единый домовладелец. Чтобы этому бизнесу быть успешным на рынке, новый домовладелец должен предлагать не только доступную плату, но и исключительно привлекательное для потенциальных арендаторов жилье в части качества и эстетики. Это и есть та задача и тот профессиональный вызов, о котором вы спрашиваете.

– На недавнем форуме по высотному строительству в Екатеринбурге вы рисовали картину идеального города будущего. Каким он должен быть?

– Таким, чтобы большинству его жителей было удобно в нем жить, не мечтая о переезде в другой город. Таким, чтобы родившимся в нем людям хотелось в нем же прожить жизнь. Речь идет об экологически и социально безопасном урбанизированном городском пространстве, находящемся в гармонии с окружающей средой и обеспечивающем – в силу своей планировки и функциональной комплектации – удобный и простой доступ граждан к основным элементам сложной социальной инфраструктуры, включая трудоустройство, образование, здравоохранение, культуру, торговлю, рекреацию и спорт. Что касается транспорта, то его структура уже меняется с процессом «уберизации» и с появлением беспилотных автомобилей и дронов, а цель для человека будущего, на мой взгляд, – меньше перемещаться по городу в автомобиле и больше ходить пешком и/или пользоваться велосипедами и гироскутерами. Паттерн суточных миграций в черте города уже начал меняться, онлайн-шопинг и курьеры стали медленно, но верно убивать традиционную торговлю, в развитых странах стрит-ритейл, моллы и гипермаркеты с огромными парковками потихоньку вымирают как класс. Но люди должны оставаться достаточно мобильными для поездок между городами или путешествий по миру. Думаю, что виртуальная реальность будет снижать долю делового туризма и командировок, люди будут путешествовать, чтобы навестить родственников или чтобы посмотреть мир. И если туристы массово стремятся в какой-то город, то, значит, он уже в чем-то, безусловно, успешен и тем самым завоевал свое место в настоящем и будущем.

Строящийся высотный деловой центр в Санкт-Петербурге часто называют башней Газпрома. Это сооружение станет самым высоким в Северной столице и вторым по величине в Европе после Останкинской башни . Небоскреб возводится Газпромом и в нем будет расположены штаб-квартира этого концерна и его компании.

Напомним, что первоначально строительство делового центра высотой 400 метров планировалось осуществить на участке 4,7 га, в центре Северной столицы, что вызвало резкий протест градозащитников и общественности. Объект попадал в охранную зону, где расположены памятники, входящие в перечень объектов ЮНЕСКО.

Вскоре губернатор Петербурга Валентина Матвиенко отменила постановление, позволяющее застройщику отклониться от разрешенной в этом месте высотности в 100 метров.

Новый участок в 14 га для сооружения Лахта башни расположен на севере Санкт-Петербурга на выезде из города между Финским заливом и Приморским шоссе. Расстояние от места строительства до центра города составляет около 10 км. По мнению экспертов, теперь Лахта башня, хотя и будет видна практически из всех районов города, но она не будет закрывать достопримечательности Санкт-Петербурга и доминировать над историческими объектами.

В то же время башня будет отлично видна с моря, она станет своеобразным маяком, встречающим приплывающих в город по морю. Это будет знаковый объект морского фасада Северной столицы .

В отличие от старого проекта, в Лахта центре, кроме офисной части, разместятся помещения социальной инфраструктуры.

Офисная часть займет помещения в самой башне, а здания у ее основания отведут под объекты социального назначения - магазины, спортивный и медицинский центры, детский образовательный центр и планетарий.

Наверху башни разместятся смотровая площадка, вращающийся ресторан и конференц-зал.

Башня Лахта-центр - краткое описание

Заказчик и инвестор проекта - "Газпром нефть", проект сооружения выполнила британское архитектурное бюро RMJM - Robert Matthew Johnson Marshal.

Генподрядчик - турецкая компания Renaissance Construction (создана в Петербурге в 1990-е годы, учреждена турецкими бизнесменами). В сооружении здания участвуют десятки институтов и строительных организаций.

Высота здания со шпилем составит 462 метра, а общий вес башни со всей инфраструктурой, остеклением и даже с мебелью и людьми – 670 тысяч тонн.

Площадь одного офисного этажа - от 668 до 2060 кв. метров.

Со стороны Финского залива башня Лахта центр предстанет во всем своем великолепии в виде устремленного ввысь шпиля. Также ее можно сравнить с каплей воды, летящей вверх.

Петра Первый задумал Петербург как морскую столицу России. И по замыслу авторов проекта, издалека, со стороны моря, Лахта центр будет похожим на белоснежную яхту.

Проект предусматривает несколько архитектурных изюминок, главные из которых – современный планетарий и открытый амфитеатр.

Планетарий

Планетарий, рассчитанный на 140 человек, займет необычное место - на высоте пятого этажа одного из примыкающего к башне строения. Он будет выглядеть как огромный шар, который как будто со всего размаха бросили в здание, и он прилип к фасаду. Конечно, такая эффектная форма здания не может не заинтересовать всех, кто проходит или проезжает мимо.

Во время сеансов будут использованы самые разные спецэффекты – подвижный пол и иллюзии молнии и дождя, виртуального дыма и запахов.

Амфитеатр

Идея создания открытого амфитеатра, обращенного к морю, связана с необходимостью плавного перехода от высокой кровли к водному пространству. Здесь зрители смогут любоваться водными фонтанами и различными шоу на воде, а также участвовать в театрализованных представлениях и соревнованиях.

  • При закладке фундамента многие принципы были взяты у природы. Так, сваи в основании здания, словно корни гигантского дерева, уходят в землю на 82 метра. Выше свай построен «коробчатый» фундамент высотой 17 метров, что гарантирует устойчивость здания
  • Максимально допустимое отклонение сооружения от вертикали по всей высоте -– не более 6 миллиметров. Не путать с амплитудой колебания здания во время штормового ветра
  • Стеклопакеты прошли самые разные испытания: под большим напором воды, воздушными потоками и огнем. Стекла изготовлены с использованием специальной пленки, которая не позволит стеклу разрушиться на осколки
  • Все материалы, использованные при строительстве, не горючие или с огнезащитой. Но несмотря на это эвакуация людей продумана максимально. В случае пожарной тревоги в центральное ядро, выполненное из железобетона, нагнетается воздух, что предотвращает его задымление. Перейдя в центральное ядро, где имеются лестницы, человек оказывается в безопасности
  • Для мытья окон будет использоваться специальная система, которая двигается по рельсам, устроенным на ребрах башни
  • При сильном ветре верх строения может отклоняться на 46 см от вертикали, а на уровне смотровой площадки (на высоте 357 метров) максимальное отклонение составит 27 см
  • Чтобы птицы не врезались в окна, стеклопакеты окантованы непрозрачным материалом, а само стекло - незеркальное. Кроме того, во время массовых перелетов стай подсветка будет «отпугивающей». Таким образом, птицы будут видеть стекла.

Прилегающая территория

С восточной стороны здания будет устроен вход для сотрудников офиса. Эта часть комплекса предстанет в виде арки с пролетом в 100 метров.

С юго-восточной стороны начнется пешеходная зона протяженностью 8 км. Она будет включать в себя мост и огромное пространство для проведения массовых гуляний и праздничных мероприятий.

Северная часть территории будет использована под различные выставки, а кроме того, в будущем здесь построят ж/д платформу и станцию метро .

Кроме того, рядом с башней будут находиться стоянка для туристических автобусов и музей корабля «Полтава» .

Транспортная инфраструктура

В будущем между Лахта центром и станциями метро «Черная речка» и «Старая деревня» планируется наладить трансфер. В 2025 году предполагается построить станцию метро.

Развитию транспортной инфраструктуры способствует прежде всего чемпионат мира по футболу. В 2018 году будет открыта станция метро «Беговая», один из выходов которой расположен на расстоянии чуть более километра от Лахта центра, то есть в пешеходной доступности.

Башня Лахта центр станет центром нового делового района Санкт-Петербурга, можно сказать Петербургским сити, а развитие транспортной инфраструктуры превратит этот не обустроенный район Северной столицы в образец современной и качественной городской среды. Напомним, что сдача объекта планируется в 2018 году.

"Лахта центр": "Как будущим жителям Лахты нам первым нужна комфортная среда"

Башня «Газпрома» приобретет законченный вид к концу года, тем временем беспокойство горожан вызывают планы развития прилегающих территорий. Фонтанка изучила градплан, выехала на местность и получила ответы на вопросы из первых уст.

Башня "Лахта центра" будет закончена уже через год. Когда рядом появятся дорожные развязки, откроются амфитеатр, яхт-клуб международного уровня и заложенная Полтавченко академия тенниса, куда с изображений проекта «пропал» парк и зачем вырубаются деревья, – в интервью «Фонтанке» рассказал исполнительный директор проекта Александр Бобков.

Фото: предоставлено АО «МФК Лахта Центр»

- Когда будет сдан "Лахта центр"? Есть ли задержки?

– Как идет стройка, уже можно наблюдать невооруженным взглядом, на такой стадии ничего не скрыть - ни задержки, ни отрывы вперед. Мы планируем к концу 2017 года завершить основные строительно-монтажные работы, которые сформируют финальный архитектурный образ нашего комплекса. С этого момента все смогут увидеть его таким, каким он был задуман. А в 2018 году мы будем заканчивать внутренние работы и благоустройство, чтобы сдать комплекс осенью следующего года.

- Могут ли повлиять на темпы стройки новые американские санкции?

– Основное иностранное оборудование, которое было нам необходимо, уже закуплено, и мы не попадаем под те критерии, которые описаны в санкционных условиях. Так что эмоционально это все неприятно, но объективно у нас нет повода для беспокойства.

- Когда в комплекс начнут переезжать структуры «Газпрома»?

– Это вопрос больше уже к арендаторам, которые самостоятельно обустраивают внутренние пространства за пределами общих зон центра. Они уже серьезно занимаются этим вопросом, идет проектирование, и я думаю, что в течение 2019 года основной переезд структур «Газпрома» в комплекс будет закончен.

- В башню переедет и президент «Газпрома» Алексей Миллер?

– В здании есть блок для руководства компании, в том числе место, где сможет работать председатель правления.

Смольный обещал построить дорожные развязки у "Лахта центра" до окончания его строительства в 2018 году. Как вы оцениваете исполнение этих обязательств?

– Как таковых обязательств городских властей именно перед «Газпромом» никогда не было. Была ответственность перед горожанами, в частности жителями Приморского района. Планы по объектам дорожной инфраструктуры были озвучены еще в 2009 году, за три года до нашего появления на площадке. К сожалению, скорость их реализации ниже, чем хотелось бы. Мы надеемся, что в следующем году начнутся работы по возведению эстакады между Приморским шоссе и территорией южной части поселка Лахта-Ольгино, а также нескольких вспомогательных дорог. По тем данным, которые у нас есть, аналогичные объекты обычно строятся за два года.

- Значит, развязка появится после открытия "Лахта центра", и район пока будет стоять в пробках?

– Мы моделировали транспортную ситуацию в районе «Лахта центра» и выяснили, что проект не нанесет ущерба текущей транспортной инфраструктуре. Транспортные потоки, которые будет генерировать наш комплекс, носят реверсивный характер. В то время как утром жители спальных районов будут ехать на работу в центр Петербурга, наши работники направятся по практически пустому Приморскому шоссе на работу в сторону Лахты. И аналогичная ситуация повторится вечером, когда наши сотрудники в 18 – 19 часов будут ехать домой в центр, а шоссе будет стоять в пробке из города.

Сейчас на объекте работает 11 тысяч человек. Повсюду вокруг можно увидеть припаркованные автомобили, что не очень радует местных жителей. Как вы решаете эту проблему?

– Уже на первоначальном этапе строительства мы организовали доставку работников автобусами. Так происходит и сейчас. Но на текущем этапе существенно увеличилось число высококвалифицированного персонала, задействованного в монтаже и наладке инженерных систем. Они не пользуются централизованной развозкой и ездят сами на машинах.

Ни нам, ни жителям не нравится огромное количество личного транспорта, который стоит на газонах и вдоль дорог. Мы пытаемся решать этот вопрос в прямой коммуникации с генподрядчиком: включаем в договор пункты о том, что он должен обеспечивать порядок не только на площадке, но и вокруг неё; настаиваем, чтобы было увеличено количество автобусов, сами работаем с полицией. Стараемся организовывать строительные городки более «вертикально», чтобы под организованную парковку личного транспорта оставалось больше места. То есть всеми возможными путями мы пытаемся привести ситуацию в нормальное положение.


"Фонтанка.ру"

- А после сдачи центра куда денутся автомобили 10 тысяч работников и посетителей?

– На будущее мы имеем просторный подземный паркинг, больше 2200 машиномест, под самой башней центра, и после его открытия автомобили работников и гостей не будут выходить за пределы красных линий объекта.

- Мест же в пять раз меньше, чем работников…

– Надо понимать, что значительная часть сотрудников комплекса – это отнюдь не белые воротнички и не «автомобильные» люди. Они будут добираться общественным транспортом.

- Каким транспортом?

– Прямо в створе Лахты РЖД будет создана новая железнодорожная станция. Можно будет сесть на Финляндском вокзале и быстро доехать в район "Лахта центра". РЖД готовы в течение года начать работы. А в перспективе есть планы восстановить в этом направлении двухпутную ветку, которая была на этой территории 100 лет назад. Надеемся, что мы увидим эти изменения к 2020 году. А пока не будет этой транспортной инфраструктуры, будет организована непрерывная подвозка людей от станции «Беговая» шаттлами.

- А как будут добираться туристы?

– Мы рассчитываем, что туристы будут прибывать по воде - суда с большой осадкой типа «Москва» будут останавливаться в порту «Геркулес», а водные такси поменьше – у причала непосредственно у башни.

Местные жители жалуются, что «Газпром» обещал построить им парк. Он фигурировал на первых изображениях проекта. Теперь на его месте новые здания комплекса. Как это получилось?

– Мы находимся на территории бывшей промзоны. Здесь до нас были песчаные барханы с драгами и в ветреную погоду гуляли бури. Это всё к вопросу об «уничтоженном парке и когда мы его вернем». Его не было никогда.

По первоначальному проекту "Лахта центра" на части нашего земельного участка была предусмотрена рекреационная зона, которая сейчас называется жителями парком, потому что на картинках она выглядела зеленой и благоустроенной. Но после того, как было принято решение о переезде «Газпрома» целиком, на этом месте возник проект офисного комплекса, который примет дополнительный объем персонала. Это история потерянного княжества, которого никогда и не было.

- То есть никакой компенсации жителям вместо мифического парка не будет?

– Мы строим не жилой комплекс, и политика «после нас хоть потоп» здесь неприменима. Мы собираемся здесь жить. Соответственно, мы наиболее заинтересованные люди, чтобы здесь было комфортно: и нам, и ближайшим соседям, и многочисленным гостям комплекса.

То, о чем сейчас точно можно говорить, - это Восточная и Южная набережные у "Лахта центра", которые по площади, озеленению и уровню комфорта будут сравнимы с парком. Рядом с нами планируется полная реконструкция и создание международного парусного центра на базе яхт-клуба "Геркулес", со всей инфраструктурой – гостиницей и башней для наблюдения за регатами. Также к западу от нашего участка запланировано строительство академии тенниса, к востоку - размещение экогалереи и музея-корабля "Полтава". Около "Лахта центра" сейчас строится большой амфитеатр, который сможет принимать несколько тысяч человек.

По сути, промышленная территория превратится в открытую, комфортную среду. Проект будет абсолютно открытым, и доступ к нему будет у всех желающих.

- О старте стройки яхт-клуба и академии тенниса «Фонтанка» писала еще в 2013 году. Почему они так и не начались?

– Насколько мне известно (эти проекты реализует не наша структура), задержки происходят частично из-за изменений законодательства в области землепользования, частично из-за задержки принятия генерального плана города на два года. Не способствовала быстрому строительству и общая бюджетная ситуация. Но проекты никто не отменял, и они будут реализованы.

Насколько видно на градплане, именно на этих участках сейчас происходит вырубка поросли, которая так беспокоит местных жителей?

– Да, но фактически работы ведем мы. Часть территории, которая предназначена для строительства транспортной развязки и спортивно-досуговой инфраструктуры, мы сейчас арендуем у города и временно будем использовать для организации строительного процесса. А затем приведем в порядок и обратно передадим городу уже подготовленной. Так, мы надеемся, будет возможно сэкономить некоторые время.


- Удается ли выстроить диалог с оппонентами "Лахта центра"?

– В большинстве случаев – да. Более того, получая обратную связь, мы видим явное принятие большинством горожан нашего проекта. Но бывает, что конструктивный диалог не складывается, потому что у отдельных людей есть свое ощущение внутренней мечты.

- Вы имеете в виду альтернативный проект одного из местных активистов?

– Именно. Он предлагает на текущем этапе создать вместо набережной, к примеру, пляж имени Александра Блока. Или уже готовый амфитеатр сделать чуть иначе и в другом месте.

- Можно ли сравнить защитников Охты с активистами Лахты?

– Нет, там было совсем другое. Охта была настоящим городским референдумом. Это действительно была борьба мнений. Сегодняшние разговоры по сравнению с ней – это как битва нанайских мальчиков и профессиональный матч по боксу.

Кстати, в апреле еще говорилось, что «Газпром» ведет переговоры со Смольным об обмене участка в Охте на другой. Чем это закончилось?

– Сейчас мы не находимся в стадии переговоров по обмену участков с городом. Мы ищем проект, который точно бы украсил это место, и не хотели бы, чтобы он был отдан для типовой жилой застройки. Для себя мы видим там общественно-деловой центр, возможно, с жилой составляющей. Это место достойно знакового проекта.

Учитывая, что «Газпром» сейчас ведет диалог с любого рода активистами по "Лахта центру", значит ли это, что компания извлекла опыт на Охте?

– Безусловно, с точки зрения формирования общественного мнения Петербург – особенный город. Здесь есть по-настоящему авторитетные, признанные лидеры мнений, и любые крупные девелоперские проекты нуждаются во всесторонней оценке. Строя "Лахта центр", мы стремимся подходить максимально аккуратно к своим планам, учитывая запросы горожан и даже в определенной степени заглядывая в будущее. Но эти 4 года стройки, я считаю, мы были максимально открыты, и все, кто хотел поучаствовать, смог это сделать.

Но примирить всех петербуржцев с новой доминантой, которая видна даже от Петропавловской крепости, всё равно не получилось...

– Городская среда Петербурга довольно консервативна. В этом смысле, это вопрос внедрения чего-то нового, футуристического, в то место обитания, которое является для жителей Петербурга привычным. Это действительно сложная задача – одним проектом создать новую архитектуру в городе классики.

Но мы надеемся, что "Лахта центр" станет новой достопримечательностью, новой высотой для Петербурга XXI века. Тем городским ориентиром, каким была Петропавловская крепость в XVIII веке или Исаакий в XIX веке.

Беседовал Илья Казаков,

"Фонтанка.ру"

А теперь давайте посмотрим как строят ИГЛУ ГАЗПРОМА

Начало всей истории положил проект комплекса «Охта-центр», или «Газпром-сити». Комплекс с 396-метровым небоскребом планировалось опять-таки привязать к Неве - он должен был возвышаться на мысе, который образуют Нева и впадающая в нее речка Охта. На противоположной стороне Невы - знаменитый Смольный институт, бывший в свое время штабом большевиков, а ныне служащий резиденцией губернатора Санкт-Петербурга. Проект тогда наделал немало шума, в основном невосторженного. Стеклянная игла небоскреба радикально дисгармонировала с архитектурным стилем питерского центра, создавая при этом новую высотную доминанту, спорящую со шпилями Адмиралтейства и Петропавловского собора. Такое вмешательство в исторический малоэтажный городской ландшафт многим показалось кощунственным.

В конце концов «Охта-центр» стал «Лахта-центром»: строительство газпромовского небоскреба, теперь уже высотой 462 м, было перенесено на северный берег Финского залива. Здесь нет поблизости городской застройки, а до исторического центра целых 9 км, так что «игла» больше не будет вторгаться в узнаваемые очертания старого Питера. Комплекс из высотного здания, вспомогательного корпуса и обширной рекреационной территории планируется завершить в 2018 году, и тогда…

Есть ли практический смысл в сооружении подобных высоких зданий там, где вроде отсутствует дефицит земли? Конечно, в Лахте нет тесноты американских даунтаунов, однако не всегда архитектура призвана выполнять утилитарную функцию. Иногда ее задача - создание символов, объектов притяжения. Исторически такими центрами притяжения становились храмы, которые должны были возвышаться над окружающей застройкой. Никакого другого смысла, кроме символического, в этом не было. Когда появились лифты, и города принялись стремительно расти, то лидерами, доминантами стали высотные здания. «Лахта-центр» будет встречать идущие в Санкт-Петербург круизные лайнеры и паромы подобно статуе Свободы в Нью-Йоркской бухте, он станет новым символом города, и именно в этом его главная эстетическая задача. Так считают авторы проекта.


Даже те, кто не силен в географии, наверняка помнят: город, построенный в дельте, опирается на рыхлые, пропитанные водой грунты. У всех на памяти разорванная плывуном почти на десятилетие ветка петербургского метро. В отличие от хрестоматийного Манхэттена, который есть по сути голая скала, в районе Петербурга гранитный щит залегает ниже 200 м, и опереть на него здание малореально. Как же здесь строить небоскреб? Оказывается, с точки зрения геотехники - науки о грунтах - каких-то чудовищных сложностей в этом случае не возникает. В малайзийском Куала-Лумпуре, где строились два супернебоскреба-близнеца, ситуация была и того хуже: здания стоят на 120-метровых сваях. Конечно, опереться на скальный грунт в Лахте слишком сложно - для этого понадобились бы сваи беспрецедентной в мировой практике длины, так что приходится использовать такие, которые держат здание за счет силы трения. Верхние слои грунта весьма рыхлые, но уже ниже 30 м начинаются достаточно твердые вендские глины, и в них сваи держатся надежно.

Традиционная конструкция фундамента небоскреба - массив свай, на который опирается мощная плита. В принципе, нечто подобное сделано и в Лахте, однако фундамент питерского небоскреба будет иметь свои особенности. Он представляет собой коробчатую конструкцию, зарытую в землю на глубину 17 м. Таким образом, здание окажется как бы «утопленным» в грунте, что послужит более равномерному распределению веса конструкции и поможет избежать в будущем сильной осадки небоскреба.

Внешняя граница фундамента - стена в грунте (в плане - правильный пятиугольник, или пентагон). Она не является опорным элементом, но защищает силовую часть фундамента от давления грунта, и главное - от просачивания грунтовых вод. Внутри стены в грунте роют котлован, а чтобы стена не обрушилась, ее поэтапно укрепляют четырьмя находящимися друг над другом железобетонными конструкциями - так называемыми распорными дисками. Когда котлован готов, обнажаются оголовки предварительно установленных свай. Свай 264, а длина самых мощных из них составляет 82 м. На дне котлована заливают опирающуюся на оголовки бетонную плиту, а уже на ней монтируют арматуру для главной несущей конструкции - нижней плиты фундамента. У проектировщиков не было дефицита места, и потому они смогли опереть здание на значительный по площади фундамент, чтобы обеспечить максимальную устойчивость.

Фото 2.

Фото 3.

Трагедия башен ВТЦ в Нью-Йорке, а особенно жуткая картина их обрушения, настолько отчетливо врезалась в память каждого из нас, что вопрос «а что будет, если???» возникает вполне естественно, коль скоро речь заходит о новом высотном сооружении. Тут следует вспомнить, что основным заказчиком комплекса выступает «Газпром», и можно сказать, что это здание имеет для нашей экономики стратегическое значение.

Именно поэтому была поставлена задача обеспечить высочайшие стандарты безопасности. В принципе, небоскреб будет построен по известной схеме: цилиндрическое железобетонное ядро, перекрытия, колонны по внешнему контуру. Примерно такую же конструкцию имели и башни ВТЦ. Это были крепкие здания, рассчитанные на удар «Боинга-747», однако разрушение одних силовых конструкций внешнего контура привело к прогрессирующему разрушению других, получился эффект домино, и в результате небоскребы обрушились. Высотное здание «Лахта-центра» спроектировано таким образом, что может держаться на одном ядре. Можно взорвать все десять колонн, идущих по внешнему контуру, но даже тогда небоскреб устоит. Это настоящая крепость, которая, по расчетам архитекторов, должна пережить многие десятилетия.

Устойчивости конструкции служит особая схема перераспределения нагрузки внешнего контура здания на ядро. Через каждые 16 этажей от железобетонного ядра отходят десять мощных консолей - своего рода висячих фундаментов, на которые будет дополнительно опираться секция здания. Таких аутригерных уровней в небоскребе предусмотрено четыре.

В итоге «Лахта-центр» будет иметь уникальный среди зданий подобного рода запас прочности, значительно превышающий установленные международные стандарты.

Нежелание экономить на безопасности отнюдь не означает, что идея повышения эффективности сооружения и снижения эксплуатационных расходов вовсе чужда авторам проекта. Напротив, «Газпрому», учитывая, что он строит здание «для себя», весьма важно сохранить приверженность современным технологиям энергосбережения, особенно в условиях неласкового питерского климата. Например, здание получит двойной фасад, то есть между двумя нитками остекления будет изолирующий слой воздуха. В системе отопления применят такие высокоэкономичные устройства, как инфракрасные излучатели. Кроме того, накапливаемое в здании тепло от работающих компьютеров и прочей оргтехники будет отводиться, а затем использоваться в системе отопления. Свои особенности имеет система кондиционирования - в ее основе не обычная схема отвода тепла из помещения наружу, а размещенные под землей аккумуляторы холода, которые за ночь смогут вырабатывать до 1000 т льда, а затем в дневное время отдавать его холод помещениям. Также повсеместно получат распространение датчики присутствия, которые, когда в помещении никого нет, станут отключать осветительные приборы.

Но будет ли здание обитаемым от нижних этажей до самой верхней точки? Высотные сооружения, возводимые в чисто коммерческих целях, зачастую обитаемы снизу доверху, и там нет никаких «излишеств». Однако, если речь идет о символе, будь то здание МГУ на Воробьевых горах в Москве или Бурдж-Халифа в Дубаи, значительную часть их высоты составляет необитаемый шпиль, призванный придать сооружению эстетическую завершенность. При том, что высота небоскреба «Лахта-центра» составит 462 м, все обитаемые этажи окажутся ниже отметки 400 м. Всё, что выше - это архитектурный элемент, который поможет зданию выполнять функцию городского ориентира и украшения морских ворот Санкт-Петербурга.

Небоскреб в Лахте получит винтообразный облик, то есть его фасады будет отличать довольно сложная и асимметричная поверхность. Особенно интересно использование холодногнутого стекла, позволяющего сделать остекление абсолютно гладким. Вкупе с двойным фасадом это даст необычные оптические эффекты - например, отражение облаков, как бы поднимающихся по диагонали по стене здания.

Фото 4.

Строительство делового и общественного центра в Лахте - это не только попытка повернуть Санкт-Петербург к морю «человеческим лицом», но и стремление следовать центробежной тенденции в современном градостроительстве. Новые бизнес-парки создаются вдали от плотной городской застройки, здесь большие территории, здесь нет проблем с парковкой. Поток машин к «Лахта-центру» будет всегда находиться в противофазе с потоком, который утром движется в центр города, а вечером устремляется к окраинам и пригородам. Так будет частично разгружен исторический центр Петербурга, а деловая активность в «Лахта-центре», напротив, активизируется. Разумеется, доступность «Лахта-центра» будет обеспечена не только для автомобилистов, но и для тех, кто пользуется общественным транспортом: комплекс свяжет с центром города линия метро.

Однако назначение «Лахта-центра» выходит далеко за пределы задачи обеспечения города дополнительными офисными площадями. В небоскребе и во вспомогательном корпусе проектом предусмотрены не только деловые помещения, но большой Центр занимательной науки для детей, конференц-залы, выставочные пространства, спортивный и медицинский комплексы, кафе, рестораны, магазины и даже ультрасовременный планетарий. Обширная прилегающая территория разместит скверы, парки, прогулочные дорожки и амфитеатр с видом на Финский залив.

Можно сказать, что история «Лахта-центра» связана не только с градостроительством и архитектурой. Ведь так получилось, что столкновение интересов крупной национальной корпорации и чаяний гражданского общества Северной столицы по поводу «Охта-центра» привело не к торжеству одной стороны в ущерб другой, а к новому качеству и к новому этапу развития Санкт-Петербурга.

Фото 5.

Строительство высотного здания в районе дельты полноводной реки - задача сложная, но не невозможная. Верхние слои грунта обладают плывунными свойствами, однако на глубине 30 м залегают так называемые вендские глины, которые по твердости сравнимы с природным камнем. В связи с этим появилась возможность заменить щелевые фундаменты буронабивными сваями, которые будут удерживать здание не за счет опоры на скалу, а за счет силы трения. Сваи, самые мощные из которых достигают длины 82 м, не забивают, а устанавливают. Такие сваи называются буронабивными: сначала бурят скважину, затем в нее опускают обсадную трубу (чтобы стенки скважины не осыпались), внутрь трубы устанавливают арматуру, а затем заливают бетон.

Фото 6.

Фото 7.

Фото 8.

Фото 9.

Фото 10.

Фото 11.

Фото 12.

Фото 13.

Фото 14.

Фото 15.

Фото 16.

Фото 17.

Фото 18.

Фото 19.

Фото 20.

Фото 21.

Фото 22.

Фото 23.

Фото 24.

Фото 25.

Фото 26.

Фото 27.

Фото 28.

Фото 29.

Фото 30.

Фото 31.

В середине октябре 2018 года многофункциональный комплекс «Лахта Центр», строительство которого было начато еще в 2012 году, получил разрешение на ввод в эксплуатацию. Открытие первой фазы комплекса, доминантой которого является самый высокий небоскреб Европы, запланировано на конец следующего года, и еще много месяцев в новой штаб-квартире «Газпрома» будут вестись работы по внутренней отделке, оборудованию и благоустройству огромной по площади территории. Однако уже минувшим летом во время трансляций матчей ЧМ-2018 мир смог увидеть новую вертикальную доминанту, формирующую панораму современного Санкт-Петербурга.

Силуэт 462-метровой башни, композиционного центра и главного акцента комплекса, - воплощенная энергия пламени, символа и логотипа «Газпрома». Пять крыльев башни поэтажно поворачиваются на 0,82 градуса относительно своих центров или около 90 градусов по всей высоте. По мере восхождения они уменьшаются в размере, тем самым создавая силуэт шпиля, пропорции и форма которого позволяют воспринимать его как еще один городской шпиль, стилистически не конкурирующий с существующими доминантами исторического центра.

Филипп Никандров. Фото пресс-службы «Горпроект»

Формообразование башни построено на архитектурных принципах, заложенных еще строителями древних пирамид: вся масса здания визуально устремлена вверх, концентрируясь в точке вершины. По этому принципу построены практически все исторические вертикальные доминанты Санкт-Петербурга - шпили и купола. Силуэтное решение небоскреба как раз и является переходной формой от купола к шпилю, с постепенным увеличением радиуса закругления от дуги в нижней части к прямой в верхней. Богатая пластика фасадов башни через органичную композицию объемов придает объекту динамизм, символизируя энергию и развитие.

Архитектурные и технические решения «Лахта Центра», над которыми коллектив архитекторов, конструкторов и инженеров компании «Горпроект» (генпроектировщик комплекса) работает с 2011 года, во многих аспектах являются инновационными не только для России, но и для всего мира. Проект, в котором нет ни одного повторяющегося (типового) этажа, в техническом отношении считается одним из самых сложных и уникальных даже в сравнении с другими меганебоскребами планеты; в его реализации принимали участие лидеры мировой строительной индустрии, ведущие подрядные компании и производители из Европы и Азии. Решение сложнейших проектных задач стало возможным только благодаря использованию новейших BIM-технологий и параметрического проектирования.

Особенно уникальны фасадные решения комплекса. Во-первых, в нем было задействовано рекордное количество стекла: площадь остекленных оболочек составляет около 130 тыс. кв. м, из которых на башне - 72,5 тыс. кв. м (это 16,5 тыс. стеклопакетов). Всего же в производстве было использовано более полумиллиона квадратных метров стекла, причем стекло применено не только в качестве светопрозрачной оболочки навесных витражей, но и как несущий структурный материал: рекордной высоты цельностеклянные стойки-импосты (более 17 м без единого шва) обеспечивают максимальную визуальную легкость и прозрачность планарных витражей на уровне общественных пространств атриума.

Во-вторых, для светопрозрачных оболочек применялись новейшие синтетические материалы, например, пленка ETFE, из которой сделаны пневматические элементы («подушки») светового фонаря центрального атриума стилобатной части комплекса. Это решение позволило значительно снизить вес конструкции огромного фонаря длиной более 250 м, при этом не допуская рисков его обледенения в зимнее время. На фасадах стилобатных зданий использовано энергосберегающее двухниточное остекление, осуществляющее вентиляцию буферных зон в пассивном режиме. На самой башне был реализован интеллектуальный двухниточный фасад, позволяющий (уже в активном режиме) автоматически вентилировать буферные зоны между двух ниток фасада - летом он будет препятствовать нагреву помещений при открытых вентклапанах, а зимой наоборот - накапливать солнечную энергию за счет «парникового эффекта», уменьшая энергозатраты на отопление при закрытых вентклапанах.

Изогнутый в трех измерениях витраж внешней нитки собран из огромных стеклопакетов площадью 11 кв. м каждый. Все 15 граней-лепестков фасада выглядят как единая оболочка из стекла, выгнутого по спирали с поворотом на 90 градусов на всю высоту. Каждый стеклопакет в плане согнут на угол в 0.82 градуса в холодном виде (без применения форм и традиционного нагрева в печи до 600 градусов), что позволило сберечь огромное количество энергии при производстве. На сегодняшний день этот витраж - самый большой по площади холодногнутый фасад в мире, он побил рекорд другого нашего проекта - в «Москва-Сити».

Башня «Лахта Центра», впрочем, не только самая высокая в Европе, но еще и самый северный меганебоскреб в мире. Несколько месяцев в году 100-метровый шпиль будет прятаться в низких облаках, то есть в зоне повышенного риска конденсатообразования на поверхностях его фасадов. Меры по борьбе с обледенением здесь крайне важны, при этом задача осложнялась тем, что до нас никто не строил на такой широте и в таком влажном климате столь высокие здания.

«Лахта Центр». Фото пресс-службы «Горпроект»


Зимой конденсат будет намерзать на поверхностях шпиля в виде льда, что может грозить падением осколков или целых сосулек, поэтому нами была разработана уникальная система антиобледенения шпиля, которая призвана бороться со скоплениями льда на больших металлических поверхностях. В шпиле башни стекло заменено на облицовку из нержавеющей стали с системой обогрева в холодное время года, и стальную сетку, позволяющую контролировать образование опасной наледи и сосулек на оболочке верхней части небоскреба.

Уникальна система обслуживания фасадов, для мойки и ремонта витража или замены стеклопакетов перемещающаяся по спиральной траектории рельс параллельно фасадной оболочке. Туда же, в эти рельсы, интегрирована и активная динамическая архитектурная подсветка, и антиобледенительные системы. Специальные датчики будут следить за тем, когда надо будет включать локальный обогрев в местах возможного появления наледи. Мигающие авиационные заградительные огни на вершине шпиля работают 24 часа в сутки и видны пилотам воздушных и морских судов за многие десятки километров.

По совокупности примененных в проекте инновационных энергоэффективных решений объект претендует на «золотой» сертификат LEED, что делает его национальным лидером в части энергосбережения и бережного отношения к окружающей среде - все-таки речь идет о штаб-квартире крупнейшей энергетической компании.

Разумеется, «Лахта Центр» - это не только башня, это огромный комплекс площадью 400 тыс. кв. м, из которых башня занимает только треть. Площадь участка первой фазы - 8 га, на них появятся большие благоустроенные пространства: три общественные площади, открытый амфитеатр со сценой на фоне залива, музей занимательной науки с планетарием, мнрогофункциональный концертный зал. Башню завершает общедоступная обзорная площадка в нижнем пространстве шпиля, безусловный центр притяжения для туристов.

«Лахта Центр» - это градостроительный флагман агломерации практически в центре кольца лагуны Финского залива, опоясанного кольцевой автомагистралью (КАД) - именно в ее орбите «Большой Санкт-Петербург» и будет развиваться в XXI веке. И башня на берегу залива, в геометрическом центре этой орбиты, как грандиозный маяк формирует морской фасад мегаполиса прямо напротив пассажирского порта, одновременно принимающего в летний туристический сезон по 5-7 круизных лайнеров. И всех их встречает и провожает «Лахта Центр», символ современного Санкт-Петербурга.

 

 

Это интересно: